04:56 

Нясу
01.10.2013 в 21:58
Пишет fandom The Prince of Tennis 2013:

fandom The Prince of Tennis 2013. Level 3. Мини. Внеконкурс
Название: Пустота
Автор: fandom The Prince of Tennis 2013
Бета: fandom The Prince of Tennis 2013
Размер: мини, 1305 слов
Пейринг/Персонажи: Юкимура Сэйити, Дан Тайти, Кирихара Акая
Категория: джен
Жанр: ангст
Рейтинг: R
Краткое содержание: обоим довелось упасть в пустоту
Примечание/Предупреждения: AU, членовредительство
Для голосования: #. fandom The Prince of Tennis 2013 - работа "Пустота"

— А этот Дан хорош, держится вровень с Юкимурой, — неохотно признает Санада.
Ураяма с энтузиазмом поворачивается к вице-капитану:
— В прошлом году он довел Этидзэна до тайбрейка!
— Выиграл? — оборачивается к нему хмурый Санада.
— Нет, но с Этидзэном ведь не всякий на равных играет.
Санада хмурится еще больше — с Этидзэном у него и у Юкимуры отдельный счет.
— Странно, что капитан не использует свою коронную технику, — замечает Янаги. — Раньше он не отдавал больше двух геймов за сет; Юкимура все еще впереди, но этот первокурсник из Ямабуки держится за ним вплотную.
— Да они еще и похожи, как Нио-сэмпай c Ягю-сэмпаем, когда играют в «угадай, кто я», — встревает Кирихара, получает привычный подзатыльник от Санады и умолкает.
Первый сет остается за Юкимурой. 7:6.

Юкимура в перерыве подходит к скамейке тренера, но упорно не смотрит в глаза Санаде. Вытирает лицо, бросает полотенце на скамейку. Оглядывает команду.
Два проигрыша, две победы.
Нельзя сдать этот матч.
Как бы ни хотелось и дальше играть на равных — нельзя.

Дан на корте в своей стихии. На линии подачи, у сетки, взмывая в прыжке и припадая к корту, пытаясь дотянуться до неудобного мяча.
Но здесь и сейчас корт принадлежит только Юкимуре. Все, что остается Дану, — пустота.
В этой пустоте он не сможет играть.

Юкимура дожидается объявления счета и уходит с корта. Команда отшатывается от капитана: у Юкимуры страшное, пустое лицо. Он не смотрит ни на кого, стремительно проходит мимо и скрывается за трибунами.
Санада делает было несколько шагов следом, но команды других школ уже выходят на построение, и он останавливается, делает знак членам команды спускаться на корты. Шеренга Ямабуки заметно короче по сравнению с остальными — капитан вместе с тренером уехал в больницу за пострадавшим мальчишкой. Санада оглядывает своих игроков и сглатывает ругательство, недосчитавшись в строю Кирихары. Объявляют итоги соревнований.

Акая бегает кругами по парку, размахивая полотенцем в одной руке и курткой Юкимуры в другой. Капитан, конечно, не слишком красиво выиграл матч, но не мерзнуть же ему теперь во влажной одежде только из-за этого. А вице-капитан пусть потом ругается, сколько захочет.
Находит капитана Акая чудом: тот сидит прямо на земле за широченным деревом, и с дорожки его почти не видно.
Юкимура даже не вздрагивает, когда ему на колени падает куртка, а на голову — полотенце, но поднимает взгляд на Кирихару, опустившегося рядом на корточки. Акая смотрит неодобрительно и, так и не дождавшись от Юкимуры какой-нибудь реакции, начинает вытирать ему волосы, недовольно бурча под нос что-то про Санаду, Янаги и необходимость прикрыть сбежавшего Кирихару перед ними.
Высокий голос Акаи, его ничуть не заботливые резкие движения рук, яркая желтизна рубашки — все это несколько мгновений кажется ненастоящим, а потом вдруг становится пугающе реальным. Юкимура давит истеричный смешок и думает, что его техника сработала не только на противнике. Пустота сознания отступает, и теперь он чувствует вес куртки на коленях и терпкий запах смятой травы. Он отстраняет Акаю, сбрасывает полотенце на плечи и спрашивает:
— Знаешь, почему я не хотел применять эту технику на Дане?
Кирихара сначала заставляет Юкимуру набросить куртку на плечи, потом ложится рядом на землю, удобно уложив голову на ноги Юкимуре, и только после этого отвечает.
— Даже Янаги-сэмпай не знает.
— Ты ведь заметил, как мы похожи?
— Прямо как братья! — выпаливает Кирихара и тут же осекается, недоверчиво прищурив глаза. — Правда, что ли? Я думал, у вас только сестра младшая.
— Тайти — мой младший брат, — Юкимура медленно гладит Акаю по растрепанным волосам. — Сейчас у него другая фамилия, но мы росли вместе, пока из-за меня ему не пришлось переехать к родственникам.
Мне было десять, когда я освоил эту технику, Тайти — восемь. Мы оба играли с шести лет, у меня было больше опыта, но он все равно был очень хорош. Мы часто тренировались вместе: мне нравилось его учить, а он был рад любой игре. Все свои приемы я в первую очередь отрабатывал с ним. И это я тоже впервые попробовал в игре с ним.
Родители так ничего и не поняли. Со стороны казалось, что он упал ни с того ни с сего. Только потом, когда он пришел в себя…
Юкимура замолкает, а Акая ловит остановившуюся руку, сжимает в ладонях мелко подрагивающие пальцы.
— Он не узнавал ни меня, ни родителей после того, как пришел в себя. Помнил, что его зовут Тайти, что ему восемь лет, но не помнил никого из семьи, друзей, знакомых. И он жутко меня боялся. Каждый раз, стоило мне оказаться поблизости, как он начинал плакать и кричать.
Через два месяца, когда стало понятно, что лучше ему не становится, Тайти отдали в семью маминой сестры. У нее не было детей, хотя она очень хотела большую семью. Тайти быстро стал называть ее мамой. А про нас так же быстро забыл.
— Как же он после такого стал снова играть в теннис? — Вопрос риторический, Акая не ждет ответа, но Юкимура отвечает, болезненно кривясь:
— В средней школе кто-то его увлек. Тетя сказала — кто-то, кто стал ему почти что старшим братом. Стоило ему всерьез взяться за практику, как талант дал о себе знать.
— И вы сегодня встретились, — Акая поднимает взгляд на лицо Юкимуры. — Но он вас не узнал.
— Да, — Юкимура закрывает глаза. — И я сломал его снова.
Акая молчит, не отпуская руку капитана, стискивая ее все сильней.

Дан приходит в себя только на следующее утро после падения на корте. В палате темно, и паника накрывает ватным одеялом. Несколько секунд Дан не может вдохнуть, сердце заполошно бьется, руки слабеют так, что их не поднять. Потом в палату входит медсестра, поднимает жалюзи, и Дан едва не плачет от облегчения — он все еще видит. Медсестра, заметив, что пациент очнулся, вызывает врача, и утро становится беспокойным: тесты, анализы, проверки. Ничего необычного не обнаруживают, и врач решает, что причиной странного приступа были переутомление и жара. Дана выписывают к вечеру, велев родителям присматривать несколько дней за сыном.
Дан все это время, с самого утра пытается понять, сколько ему лет — восемь? пятнадцать? Кто его вырубил чудовищной техникой — старший брат? капитан команды соперников? Кто его родители?
Он прикусывает щеки изнутри, смотрит на тетю и ее мужа и кивает: да мама, со мной все в порядке; папа, не стоит так беспокоиться, доктор сказал, что это ерунда.

Пройдя первый круг Национального турнира, команда выглядит не в пример лучше, чем после финала Канто. Юкимура хвалит каждого, Кирихару отдельно одобрительно похлопывает по плечу. Чистая победа во всех пяти матчах, ни одного отданного гейма.
Юкимура идет домой, прикидывая расстановку на следующий матч. Он так увлекается, что не слышит окликающий его голос, и оглядывается только тогда, когда кто-то бесцеремонно хватает его за плечо. Юкимура успевает заметить иссиня-черные волосы, знакомую зеленую повязку на лбу, а потом не видит уже ничего.
Когда Юкимура приходит в себя, небо уже темно-лиловое, и он машинально проговаривает цвет про себя, чтобы запомнить это небо и нарисовать его позже.
— Голова не болит? — спрашивает кто-то за краем взгляда.
— Немного, — отвечает Юкимура, а потом его накрывает осознанием: его вырубили на улице.
Юкимура пытается подняться, но его бьют под ребра ногой, а потом какой-то человек садится сверху на грудь.
— Привет, Сэйити, — улыбается Тайти.
Юкимура каменеет. Улыбка Дана медленно гаснет.
— Ты ведь не знаешь, насколько это страшно, да? — Дан ласково гладит брата по щеке. — Падать в твою пустоту. Там нет ничего. Ни звуков, ни света, ни собственного тела. Тебя нет. Ты стираешься из этого мира. Больше не существуешь.
Юкимура молчит, не в силах выдавить ни единого слова.
— Я не хотел бы, чтобы с тобой произошло такое, — Дан наклоняется, целует Сэйити в лоб и немного сдвигается, прижимая руки брата к телу своими ногами. — Поэтому заберу у тебя только что-нибудь одно.
Пальцы одной руки Дана впиваются мертвой хваткой в горло Юкимуры, другая ладонь накрывает ему половину лица.
— Поболит и перестанет, — шепчет Дан.
Ладонь на лице поднимается, а затем стремительно падает вниз. Юкимура не успевает даже зажмуриться. Сомкнутые пальцы входят в глазницу, по левой стороне лица течет вязкое, теплое. Крик умирает в горле, задавленный чужой рукой. Юкимура выгибается, почти сбрасывает Дана с себя, но тут же обмякает.
— Так не интересно, если ты без сознания, — бормочет Дан, но все же аккуратно выбивает Сэйити второй глаз.
— Видишь, не так уж и страшно, — успокаивает он брата, слизывая с пальцев жидкость. — Твоя пустота не абсолютна.


URL записи

URL
   

Корзинка котика

главная